Административная преюдиция в административном праве, судебная практика преюдиции

Бухгалтер широкого профиля с 15-летним опытом. Сейчас уже на пенсии, чтобы не закиснуть изучаю, что изменилось в отрасли, собираю интересные мне материалы. Надеюсь, они будут полезны и вам в вашей работе — пока экономика работает, без бухгалтерии не обойтись.

Административная преюдиция в административном праве, судебная практика преюдицииПроцесс подтверждения действия документа, его фактов и правильности заполнения всех его форм называется преюдицией. Однако доказывание фактов делится на несколько видов. Так, при подтверждении документального факта может быть субъективная и объективная известность. То есть, если отдельный факт знает узкий круг лиц, то такая известность именуется субъективной популяризацией. Есть определённые виды фактов, распространение которых может позволить лишь судебная комиссия. К таким документам относится несколько видов ценных бумаг, которые несут в себе информацию о суммах и общей стоимости каких-либо материалов.

Основания освобождения от доказывания при виндикационном иске, критерии применения в доказывании межотраслевой преюдиции, преюдициальное значение в арбитражном процессе по ГПК РФ

Процессуальный закон установил, что не все факты требуют доказывания по праву. Статьей 61 ГПК РФ установлены основания освобождения от доказывания. Две категории фактов освобождаются от доказывания: фаты, признанные судом общеизвестными; преюдициальные факты, то есть факты установленные вступившим в законную силу судебным актом.

Вопрос определения общеизвестности факта имеет, в значительной мере, субъективный характер. Практика сформировала представления об общеизвестности фактов, которые могут быть освобождены от доказывания. Общеизвестность факта может быть признана судом лишь при наличии двух условий: объективном — известности факта широкому неопределенному кругу лиц; субъективном — известности факта суду.

Общеизвестность того или иного факта относительна и зависит от времени, истекшего после события, распространенности события в определенной местности.

Комментаторы процессуального законодательства приводят примерный перечень общеизвестных фактов: разного рода природные явления преимущественно вредоносного характера (землетрясения, засуха, наводнения), события общественной жизни (перевороты, эмбарго, инфляционные тенденции). «Общеизвестные факты освобождены от доказывания потому, что истинность их очевидна и доказывание является излишним».

Признать общеизвестными те или иные факты может не только суд первой инстанции, но и суды, рассматривающие дело в кассационном порядке и в порядке надзора. Частями 2, 3, 4 ст. 61 ГПК РФ установлено, что три категории обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным решением, подлежат освобождению от доказывания. В науке процессуального права эти обстоятельства получили название преюдициальных.

Преюдиция судебного решения заключается в том, что «выводы, сделанные судом в отношении фактов и правоотношений при рассмотрении конкретного дела, не подлежат оспариванию сторонами и обязательны для суда, рассматривающего другое дело в определенных законом пределах». Применительно к виндикациоиному иску правила преюдиции означают, что обстоятельства, подлежащие обязательному доказыванию при истребовании имущества из чужого незаконного владения, но установленные вступившим в законную силу судебным актом по иному делу, освобождаются от доказывания по правилам, установленным частями 2-4 ст. 61 ГПК РФ.

Например, в случае, если вещь была похищена ответчиком и это обстоятельство установлено вступившим в законную силу приговором суда, то собственнику при истребовании вещи не нужно доказывать незаконности поступления вещи во владение ответчика. В этом случае достаточно ссылки на соответствующий приговор суда. Преюдиция же по гражданским делам, рассмотренным судом общей юрисдикции либо арбитражным судом, ограничена только делами, в которых участвуют лица, бывшие сторонами по делу, в котором была установлена преюдиция. В спорах по виндикационным искам важное значение может иметь преюдиция при определении добросовестности приобретателей имущества, от чего зависят условия удовлетворения иска.

Если судебным решением по одному делу установлено, что приобретатель был осведомлен о том, что приобретает имущество у лица, которое не вправе отчуждать его, то это обстоятельство не подлежит доказыванию в другом деле по спору между этими же лицами. Поскольку судьба виндикационного иска зависит в данном случае от указанного обстоятельства, то фактор преюдиции оказывается решающим.

Напротив, если судебным решением по иному делу, но с участием тех же лиц будет установлено, что ответчик при приобретении спорной вещи был добросовестен, то это обстоятельство не требует доказывания по виндикационному иску и может оказаться решающим при вынесении решения, определяющего судьбу истребуемой вещи.

Выше речь шла о «формальной» или «жесткой» преюдиции, то есть преюдиции, полностью укладывающейся в рамки процессуального законодательства. В то же время существует и так называемая «мягкая преюдиция, то есть те обстоятельства, которые с позиции ст. 61 ГПК РФ не имеют преюдициального значения, однако, фактически преюдициальны при разрешении конкретного спора.

Например, если в рамках рассмотрения спора будет установлено, что по другому делу с участием иных лиц признано за кем-либо право собственности на вещь, в отношении которой идет спор, суд не может не учитывать этого обстоятельства.

В противном случае, если судом будет признано право собственности по поводу имущества, в отношении которого уже есть судебное решение о признании на него права собственности за иным лицом, ситуация будет юридически абсурдной. Однако практика знает такие случаи, когда в отношении одной и той же индивидуально-определенной вещи по различным делам признавалось право собственности за разными лицами».

Важное значение при распределении бремени доказывания по виндикационному иску имеет фактор владения. Истец-собственник, лишившийся владения спорной вещью и предъявляющий претензии к владеющему ответчику, обязан доказать, что последний владеет незаконно и недобросовестно. Это является обязательным условием удовлетворения виндикационного иска.

Значимость фактора владения столь велика, что даже если добросовестный ответчик приобрел вещь у неправомочного отчуждателя, владелец все равно защищен от притязаний собственника. Таким образом, предъявляя виндикационный иск, истец обязан доказать, во-первых, неправомерность; во-вторых, недобросовестность ответчика.

С сайта: http://spb5.ru/osnovaniya-osvobozhdeniya-ot-dokazyvaniya-pri-vindikacionnom-iske/

Преюдиция в уголовном процессе: использование в уголовном процессе преюдиционных решений, судебная практика преюдиция в уголовном процессе, ст 90 УПК РФ АПК РФ, административная преюдиция в уголовном праве, административная преюдиция в административном праве

Со вступлением в силу нового УПК решения национальных судов, которыми установлено нарушение прав человека и основополагающих свобод, гарантированных Конституцией и ратифицированными международными договорами, получили преюдициальное значение для суда, решающего вопрос о допустимости доказательств.

Соответствующие положения были закреплены в ст. 90 УПК, но их значение и возможность применения к конкретной ситуации для многих юристов остаются неясными.

Так, у одного из пользователей портала Право Украины возник ряд вопросов, связанных с использованием стороной обвинения в качестве доказательств вины его подзащитного приговоров, вынесенных в отношении других лиц. Этими приговорами два лица были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст.205 УК (фиктивное предпринимательство).

Подзащитный пользователя портала оказывал этим лицам услуги по регистрации предприятий, номинальными директорами которых они были, и потому его также решили привлечь к уголовной ответственности по вышеуказанной статье как пособника и подстрекателя. У пользователя портала есть сомнения как насчет виновности его подзащитного в инкриминированных ему преступлениях, так и в отношении того, что указанные судебные решения могут быть использованы в качестве преюдициальных. Но основная часть обсуждения касалась именно возможности использования приговоров, вынесенных в отношении других лиц, против указанного лица.

Позиция 1. Решения судов, вынесенных в отношении других лиц, не имеют преюдициального значения по отношению к подзащитному участнику портала, поскольку:

90 УПК, решения судов, которыми установлены иные факты (кроме нарушения прав человека и основополагающих свобод), не имеют преюдициального характера и рассматриваются на общих основаниях.

иные судебные решения (не устанавливающие факты нарушения прав человека и основополагающих свобод) вообще не соответствуют допустимости доказательств. При этом такое иное решение может быть надлежащим доказательством (то есть таковым, что прямо или опосредствованно подтверждает существование обстоятельств, подлежащих доказыванию), но недопустимым;

ст. 90 УПК не определяет преюдициальное решение в качестве основания для освобождения от доказывания. В ней вообще идет речь о допустимости такого доказательства, как решение другого суда, а не о его доказательной силе;

согласно ч. 2 ст. 23 УПК не могут быть доказательствами сведения, содержащиеся в показаниях, вещах и документах, которые не были предметом непосредственного рассмотрения в суде;

2 ст. 87 УПК суд обязан признать существенными нарушениям прав человека и основоположных свобод, в частности, такие деяния, как нарушение прав лица на защиту, нарушение права на перекрестный допрос, получение показаний от свидетеля, который в дальнейшем будет признан подозреваемым или обвиняемым в этом уголовном производстве.

Исходя из этого, любые доказательства, которые были установлены в другом уголовном процессе, не могут быть поставлены лицу в вину. Такие доказательства должны быть предъявлены лицу лично, в судебном заседании касающегося его дела, чтобы он мог их изучить, подать относительно них ходатайства, назначить экспертизы, воспользоваться помощью специалиста, устроить перекрестный допрос свидетелей и прочее.

Позиция 2. Право решения судов, вынесенные в отношении других лиц, имеют преюдициальное значение в отношении всех фактов, установленных этими решениями, поскольку:

  1. преюдиции используются в тех случаях, когда действия лица или фактические обстоятельства, имеющие значение для уголовного производства, были установлены и решены другим судом;
  2. судебное решение по уголовному делу устанавливает факт виновности или невиновности лица относительно того или иного его действия, и потому исходя из положений ст. 86 УПК любое такое решение является допустимым;
  3. ст. 90 УПК прямо устанавливает, что при разрешении вопросов о допустимости межотраслевых доказательств решения суда, установившие нарушения прав человека, имеют преюдиционное значение;
  4. приговор суда – это документ, в котором содержится информация, являющаяся доказательством. Если он был исследован в судебном заседании, то никакого нарушения требований относительно непосредственного исследования доказательств нет;
  5. далеко не все доказательства собираются, создаются и/или устанавливаются при подозреваемом: большинство следственных действий не требуют его присутствия;

Поэтому если действия или фактические обстоятельства, имеющие значение для уголовного судопроизводства, были установлены и решены одним судом, то они не могут иначе устанавливаться или решаться другим судом. К примеру, если одним судом было установлено факт того, что преступление было совершено, то другой суд той же инстанции при рассмотрении другого дела не может прийти к выводу, что преступления на самом деле вообще не было.

Преюдиция также означает, что доказательства, которые обосновывают нарушение прав человека или основоположных свобод в ранее вынесенных решениях судов, включаются в процедуру дальнейших производств, то есть не подлежат повторному исследованию 2. Доказательства, на основании которых были приняты предыдущие судебные решения (заключения экспертиз, показания свидетелей, обвиняемого и прочее), не могут ставиться под сомнение, поскольку считаются проверенными предыдущим судом.

Требование о непосредственном исследовании в судебном заседании всех доказательств в этом случае касается только исследования предыдущего решения как бесспорного доказательства изложенных в нем фактов. Возможность же ведения перекрестного допроса в этом случае отсутствует.

Указанный подход к преюдиции в уголовном процессе уже работает на практике.

К примеру, в постановлении Ворошиловского райсуда Донецкой области от 23. 04. 2013 г.255/3510/13-к прямо указано, что факты, установленные предыдущими решениями судов, дополнительному доказыванию не подлежат и имеют преюдициальное значение. Это же указано в определении апелляционного суда Запорожской области от 24. 07. 2013 г. 11-кп-323/13 применительно к решениям о привлечении лица к административной ответственности, которые для уголовного процесса также имеют преюдициальное значение.

Исходя из этого, доказывать недопустимость таких доказательств, как судебные приговоры, оспаривать установленные ими факты или спорить с положенными в их основу доказательствами бессмысленно. Гораздо правильней оспаривать принадлежность этих решений к рассматриваемому делу и/или выводы, которые можно сделать из этих приговоров на основании изложенных в них фактов.

В данной ситуации приговоры в отношении клиентов подзащитного пользователя портала подтверждают, что осужденные по ним лица действительно занимались фиктивным предпринимательством, а также, возможно, указывают на связь этих преступлений с действиями подзащитного.

Но правовую оценку тому, являются ли действия последнего преступными, может дать только суд, рассматривающий его дело. Приговоры, вынесенные в отношении других лиц, также могут содержать доказательства участия подзащитного в преступлениях (например, свидетельские показания), но они должны оцениваться вместе с другими доказательствами и только в совокупности с ними и согласно требованиям закона должна даваться правовая оценка действиям конкретного лица, являющегося обвиняемым.

Можно также поспорить с тем, что преюдициальными могут быть судебные решения, установившие факт нарушения лицами общественных интересов, а не прав человека (в частности, приговоры по фиктивному предпринимательству).

Если исходить из буквального прочтения ст.90 УПК, то такие приговоры не должны иметь преюдициального значения.
Факты, изложенные в преюдициальных судебных решениях, не подлежат сомнению, а изложенные в них доказательства не подлежат повторному исследованию в других уголовных процессах.

Такие решения по умолчанию являются допустимыми доказательствами, но их принадлежность к данному судебному делу и влияние на него зависит от конкретных обстоятельств.

С сайта: https://juristoff.com/sovety-yuristov/protsessualnoe-pravo/15077-preyuditsiya-v-ugolovnom-protsesse-ispolzovanie-v-ugolovnom-protsesse-preyuditsionnykh-reshenij

Преюдиция в уголовном процессе: использование преюдиции следствием, преюдиция в арбитражном или гражданском процессе, преюдициальное значение

В качестве примера создания порочной преюдиции, на первый взгляд, вполне правовыми методами можно привести ситуацию, основанную на конкретном, пока еще арбитражном, деле.

После начала налоговой проверки ООО «Экспертиза и сертификация машин и оборудования опасных производственных объектов» (ЭКСМО) следователь произвел в офисе компании обыск по другому делу и изъял бухгалтерские документы.

Причем большей частью, как это нередко случается, без полистной описи – «коробками» и «папками». Какие-то документы при изъятии были скопированы администрацией, какие-то – нет, но организация в соответствии с правилами УПК РФ потеряла право доступа к собственной документации и не смогла представить в ИНФС № 6 по г. Москве оправдывающие налоговые вычеты документы.

Организация обжаловала решение ИФНС в арбитражный суд, полагая, что в суде представится возможность истребовать собственные документы у следствия и опереться на них в процессе доказывания своей правоты.

Суд, действительно, по ходатайству адвоката ООО затребовал изъятые документы, а вернее, из всего изъятого объема конкретные акты, но следствие это требование проигнорировало. При повторном запросе под угрозой штрафа следователь привез в арбитражный суд все изъятые коробки и представил копии допросов свидетелей по уголовному делу.

Суд отправил коробки обратно, приняв заверения следователя, что в них документы, необходимые обществу, отсутствуют, зато учел в своем решении свидетельские показания, данные на предварительном следствии.

Таким образом, суд практически «со слов» следователя признал, что оправдывающих документов у общества не изымалось, при том, что полистной описи так и не было составлено.

Кроме того, арбитражный суд, вынося решение о правомерности доначисления НДС, учел показания, данные свидетелями по уголовному делу на допросах, проведенных на предварительном следствии. Эти допросы были представлены следствием в суд без запроса, по собственной инициативе, так сказать, в компенсацию отсутствия описи изъятых документов.

Однако такие допросы не могут быть доказательствами по арбитражному делу. Дело в том, что у допросов, полученных на следствии, есть одна особенность, о которой суды нередко забывают. Согласно закону они не отвечают критериям достоверности.

Зачастую свидетель, особенно по хозяйственным делам, – сам потенциальный обвиняемый. Но лицо, привлекаемое к уголовной ответственности в России, имеет право лгать. Из-за этого разрешения его и не предупреждают об ответственности за дачу ложных показаний. Поэтому такой свидетель спокойно лжет, выгораживая себя, а фактически топя сослуживца или контрагента.

Примеров тому множество.

Конечно, генеральному директору сомнительной фирмы легче от нее «откреститься», чем потом объяснять, почему он не сдавал отчетность. Если ложь не вскроется, следователь поверит, то и ответственности за ложь не возникнет, а если не поверит, а проверит, то бывший свидетель станет обвиняемым и будет освобожден от ответственности за данные ранее заведомо ложные показания.

Кроме того, правду не поздно сказать и прямо в суде по чужому уголовному делу, пояснив, что на следствии ошибался. В этом случае ответственности за лжесвидетельство также не наступит (см.307 УК РФ).

Даже правда о собственной противоправной деятельности уже не приведет к возбуждению уголовного дела против такого свидетеля по чисто техническим причинам. Нет заинтересованных лиц. Обвинителю в процессе это не интересно, у него выявление преступлений в отчетность не входит, а суд по собственной инициативе в состязательном процессе дел не возбуждает.

Из-за этой всем известной недостоверности следственных допросов уголовно-процессуальный закон в общем случае не позволяет учитывать их в приговоре без повторного допроса свидетеля в суде.

Кроме того, полагаю, есть строго формальное препятствие для учета в гражданском и арбитражном процессах следственных допросов. Свидетель по УПК РФ () – лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела. И причем тут остальные ветви судебной системы?

Однако в рассматриваемом деле ЭКСМО арбитражный суд следственные допросы принял без всякой критики и постановил на них свое решение, которое вполне может быть использовано тем же следователем как преюдиционное.

Получается, что сторона обвинения имеет полную возможность манипулировать гражданскими и арбитражными процессами и влиять на их решения.

С сайта: http://www.livelawyer.ru/ugolovnyj-protsess/dokazatelstva/item/464-preyuditsiya-v-ugolovnom-protsesse-ispolzovanie-preyuditsii-sledstviem

Преюдиция в решении суда

Вопрос преюдиции в решении суда имеет большое практическое значение – ведь от наличия или отсутствия преюдиции может зависеть предмет доказывания по рассматриваемому делу. Вначале немного остановимся на положениях закона.

Вступившие в законную силу судебные акты как арбитражного суда, так и судов общей юрисдикции являются обязательными для всех без исключения лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (ст. 13 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса РФ; далее ГПК РФ и АПК РФ соответственно).

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица (преюдициальность решения) (п.2 ст. 61 ГПК РФ, п.2 ст. 69 АПК РФ).

Указанные выше положения направлены на поддержание непротиворечивости судебных актов и обеспечивают действие принципа правовой определенности.

Вместе с тем, преюдициальность решений судов действует не во всех случаях.

Это вытекает из следующего: обстоятельства, входящие в предмет доказывания могут отличаться  в зависимости от разных ситуаций.

Совсем недавно генеральный директор ООО ЮК «Город» в своей статье[1] рассматривал ситуации, когда предмет доказывания отношений по договору займа разный в зависимости от того в процедуре банкротства находится должник или нет.

В первом случае необходимо доказать как факт передачи денежных средств заемщику, так и факт наличия возможности передать денежные средства заимодавцем. Во втором случае – только факт передачи денежных средств.

Представляется, что Высший арбитражный суд РФ установил такой предмет доказывания с целью не допустить злоупотреблений в делах о банкротстве.

 Возникает вопрос: если уже имеется вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции о взыскании денежных средств с заемщика, должен ли арбитражный суд при установлении размера требований кредитора заново проверять обоснованность задолженности?

С одной стороны нет. Это следует:

ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в силу которых разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденные вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Логика проста — есть судебный акт, следовательно, задолженность уже установлена судом. Если данный судебный акт нарушает права третьих лиц, то он может быть обжалован в установленном порядке.

С другой стороны, имеется позиция, при которой суды не должны автоматически ориентироваться на вступившие в законную силу судебные акты при рассмотрении своего дела.

Так, Конституционный суд РФ[2], признавая обязательность судебных постановлений указал, что пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

Развивая свою мысль, Конституционный суд РФ фактически указал, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда, не подлежат доказыванию, а вот правовая оценка данных доказательств может быть различной в зависимости от предмета доказывания по конкретному делу.

Данную позицию применяют некоторые суды, которые в той или иной степени игнорируют решения суда, вступившие в законную силу.

Исходя из этих положений, представляется необходимым, чтобы законодатель с целью единообразного применения и недопущения противоречивых толкований положений закона более полно и однозначно урегулировал вопрос, связанный с влиянием решения, вступившего в законную силу, на выводы судьи, рассматривающего дело, в котором исследуются те же либо смежные обстоятельства.

Ведущий юрист ООО ЮК «Город»,

С сайта: http://lc-gorod.ru/analitika/preyudiciya-v-reshenii-suda_10_1_10_3

Преюдиция

По статье 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки; при этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Речь идет о так называемой Преюдиции.

Это правило довольно часто применяется правоохранительными органами произвольно и необоснованно, а иногда, наоборот, игнорируется, когда применение его необходимо.

Конечно же, речь идет, прежде всего, о применении Преюдиции к уголовно-процессуальным правоотношениям в области преступлений в сфере экономики, и прежде всего, преступлений против собственности.

К примеру, оспаривается факт приобретения собственности. Как правило, изначально, граждане обращаются в гражданские суды, указывая на те или иные факты недобросовестного приобретения собственности. При этом, справедливо рассчитывают, на тщательное исследование судом их проблемы. Но не все так просто…

Например, если гражданин оформил собственность по поддельным документам, это гражданским судом, как правило, не исследуется. Поддельные расписки, правоустанавливающие документы, и т.

Решение выносится формально, без тщательного исследования. Зачастую даже не опрашиваются свидетели. Даже при отсутствии ангажированности, гражданский суд характеризует абсолютный формализм в принятии решений.

Другой вопрос – расследование уголовного дела. Здесь можно и нужно провести соответствующую экспертизу, допросить свидетелей, и провести другие действия.

Более того, в отличии от судьи в гражданском суде, следователь вправе (и зачастую использует) свое право на привод лица, не являющегося на следственные действия. Однако следственные органы, даже при отсутствии заинтересованности, мягко говоря, не безупречны и их характеризует обвинительный уклон, ангажированность. Фактически, гражданско-правовые отношения превращаются в уголовно-правовые, взаимоотношения граждан исследует и регулирует следователь.

По идее, Преюдиция, собственно, это юридический прием, который по мнению законодателя, должен сократить время судей, следователей по проверке и перепроверке фактов, которые уже установлены и были предметом исследования, а также исключить конфликт и противоречия в актах различных органов.

Однако, благие намерения, так и остались на бумаге.

В декабре 2011 года Конституционный суд вынес громоздкое и противоречивое Постановление № 30-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 90 УПК РФ в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко». Собственно, данное Постановление должно было просто и доходчиво (особенно для следователей следственных органов) разъяснить условия и порядок применения Преюдиции в уголовно-процессуальных правоотношениях.

В частности, п 3. 3 Постановления трактует: «В силу объективных и субъективных пределов действия законной силы судебного решения для органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, не могут являться обязательными обстоятельства, установленные судебными актами других судов, если этими актами дело по существу не было разрешено или если они касались таких фактов, фигурировавших в гражданском судопроизводстве, которые не являлись предметом рассмотрения и потому не могут быть признаны установленными вынесенным по его результатам судебным актом». Вот оно. Вот и весь смысл Преюдиции, в общем и Постановления, в частности.

Вдумайтесь, что Вы сейчас прочитали. А прочитали Вы то, что Преюдиция, как таковая, в ее законодательном понимании – не распространяется на уголовно-правовые отношения. А если распространяется, то только тогда, когда это понадобится обвинению.

Поясню, в гражданском судопроизводстве, невозможно по определению, исследовать все факты.

Из числа многочисленных свидетелей всегда найдутся, которых либо не вызывали в суд, либо они сами не явились. Массивы документов, как правило, не исследуются в полном объеме.

Вдумчивый читатель может задать резонный вопрос, что мешает исследовать те или иные обстоятельства в гражданском суде. В частности, что мешает суду провести по гражданскому делу все необходимые экспертизы, допросить свидетелей, истребовать документы.

Если выявлены фиктивные или поддельные документы, на основании которых, например, оформлялась в собственность квартира, то решение суда изначально будет незаконным, и что самое, главное, необоснованным. Таким решением любая сделка с недвижимостью будет признана ничтожной.

Однако, на практике решения гражданских судов носят формальный характер, и фактически гражданско-правовые отношения становятся предметом исследования правоохранительных органов.

С сожалением можно отметить, что зачастую, правила Преюдиции используют следственные органы с целью разрешения гражданско-правового конфликта в пользу одной из сторон. Благо, свободная трактовка Преюдиции это позволяет.

Выводы Постановления Конституционного суда фактически предполагают и допускают неполноту рассмотрения дела в гражданском суде.

Однажды один из руководителей одного из следственных управлений заявил адвокату: «Преюдиция на нас не распространяется. Если нам нужно мы вспомним о ней, а если нет… можете жаловаться куда хотите». Необходимо с сожалением признать, что в его словах есть доля правды.

Задача адвоката, в ситуации использования уголовно-процессуального закона исключительно в обвинительном уклоне, подыскать и использовать правовые механизмы обжалования следственных действий.

С сайта: http://advokat-balamutov.ru/sovety-advokata/ugolovnyj-protses/preyuditsiya

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *